Информационно-аналитический иллюстрированный журнал Министерства обороны России
ЗАРУБЕЖНОЕ ВОЕННОЕ ОБОЗРЕНИЕ
* * * * *
Каталог статей
Меню сайта

Категории каталога
1970 [0]
1971 [0]
1972 [5]
1973 [3]
1974 [1]
1975 [12]
1976 [1]
1977 [1]
1978 [1]
1979 [0]
1980 [1]
1981 [2]
1982 [1]
1983 [43]
1984 [29]
1985 [4]
1986 [25]
1987 [86]
1988 [0]
1989 [12]
1990 [246]
1991 [4]
1992 [0]
1993 [0]
1994 [0]
1995 [0]
1996 [0]
1997 [0]
1998 [0]
1999 [0]
2000 [0]
2001 [0]
2002 [0]
2003 [0]
2004 [0]
2005 [0]
2006 [0]
2007 [0]
2008 [0]
Общий каталог [12]

Форма входа

Поиск

Друзья сайта


Приветствую Вас, Гость · RSS 20.09.2017, 17:33

Главная » Статьи » Архив по годам » 1989

Выживаемость авиации в воздухе при ведении боевых действий ч2

Выживаемость авиации в воздухе при ведении боевых действий ч2
(По опыту локальных войн)

Полковник В. Кириллов,
кандидат военных наук

В первой части статьи* кратко изложены взгляды иностранных военных специалистов на факторы, оказывающие непосредственное влияние на выживаемость авиации в воздухе при ведении боевых действий. В частности, рассматривались такие из них, как «угроза» и «защита». Ниже будут освещены еще два фактора, условно называемые «уклонение» и «нейтрализация».

Фактор «уклонение» отражает возможность экипажа самолета избежать встречи со средствами ПВО при полете к объекту удара.

В локальных войнах наибольшее распространение получили пять приемов уклонения: полет по маршруту в обход зон поражения зенитных средств противника; применение переменного профиля полета; использование «слепых секторов» в радиолокационном поле противника; противоистребительный и противоракетный маневры.

При этом большое значение имеет наличие достоверных данных о системе ПВО противника. Зоны обнаружения, сопровождения и поражения зенитных средств наносятся командиром (летчиком) на полетную карту. Маршрут полета прокладывается в промежутках между зонами обнаружения (поражения) средств ПВО или на стыках между ними.

В зависимости от обстановки на различных этапах выбирается соответствующий прием уклонения.

Как показал опыт, несмотря на довольно широкий спектр приемов уклонения, применяющихся при полете к цели, приоритет принадлежит уменьшению высоты полета. Однако реализовать основное преимущество этого маневра - маскировку самолета от обнаружения РЛС противника - удалось на практике лишь после повышения возможностей бортовых радиоэлектронных систем. Имея на борту РЛС, позволяющую выполнять полет с огибанием рельефа, и взяв на вооружение тактику одиночных полетов на предельно малых высотах, авиакрыло истребителей-бомбардировщиков F-111 ВВС США с сентября по декабрь 1972 года совершило в Индокитае около 4 тыс. самолето-вылетов и потеряло всего шесть самолетов. Это самый низкий уровень потерь (0,15 проц.) за всю историю локальных войн. Автоматическая система огибания рельефа обеспечивала длительный полет на предельно малой высоте и снимала с экипажа чрезмерные физические нагрузки.
Система позволила изменить и направление маршрутов: вместо открытых заходов на цель со стороны моря самолеты F-111A выходили на объекты удара через горный хребет на западной границе ДРВ, получив дополнительные возможности маскировки. Полностью использовался элемент скрытности, причем маскировка была естественной, то есть не требовала задействования бортовых средств РЭБ.

Тактика одиночных скрытных рейдов (радиус 800 км) дала возможность отказаться от использования самолетов обеспечения - истребителей сопровождения, до-разведчиков и постановщиков помех. Полет становится полностью автономным. В зоне поражения средств ПВО находится меньше самолетов, что обеспечивает свободу в выборе маневра уклонения.

Результаты испытаний авиационной техники в боевых условиях иногда были диаметрально противоположными ожидавшимся. Следуя правилу «больше скорость - меньше снарядов в поражаемую площадь самолета», конструкторы много сил и средств затратили на реализацию сверхзвукового броска на малой высоте. По их замыслу, это должно было обеспечить неуязвимость самолета при преодолении ПВО. Планировалось, что истребитель-бомбардировщик F-111 продемонстрирует преимущества данного приема, выполняя полет на предельно малой высоте со скоростью, соответствующей числу М = 1,2. Однако после первых же попыток «бросок» был снят с практического применения по следующим причинам.

Во-первых, осуществить огибание рельефа (полную маскировку полета) на сверхзвуковой скорости оказалось невозможным из-за резкого увеличения радиусов маневрирования в вертикальной плоскости. Самолет вытеснялся скоростью наверх - летел над рельефом и входил в зону обнаружения РЛС противника. Во-вторых, вследствие повышенного аэродинамического нагревания от трения на малой высоте самолет начинал излучать тепло во все стороны, в том числе и вперед. Появилась реальная угроза применения по нему зенитных ракет с тепловой головкой самонаведения не только с задней, но и с передней полусферы. В-третьих, из-за повышенной турбулентности воздуха начиналась тряска, резко увеличивалась нагрузка на экипаж самолета, быстро терявший работоспособность. В-четвертых, топливо при полете на сверхзвуковом режиме на малой высоте расходовалось в 4 раза быстрее, чем на большой высоте. И в-пятых, сама сверхзвуковая скорость, как оказалось, давала в тактическом плане совсем немного преимуществ, которые многократно перекрывались возникшими недостатками. Увеличение скорости полета у земли способствовало выживаемости самолета только до определенных величин числа М, затем в силу вступали непреодолимые отрицательные факторы.

Приемы уклонения на конечном этапе боевого полета значительно отличались по траектории, скорости, перегрузке и «перепаду высот» от приемов, применявшихся на маршруте при полете в район расположения цели. Самолет последовательно пересекал рубежи обнаружения, сопровождения, огня и поражения зенитных ракетных комплексов, прикрывавших объект удара. Летчик, вторгаясь в зону обнаружения, стоял перед выбором: выполнять маневр с уменьшением скорости сближения с целью и проигрывать во времени или преодолевать участок сопровождения по типу прорыва - по прямой с увеличением скорости и выигрывать во времени. Решение во многом зависело от дальности обнаружения самолета РЛС ЗРК, которое фиксировалось бортовой системой оповещения. Преждевременное обнаружение заставляло предпринимать маневр для срыва захвата, который выполнялся с широкой амплитудой и вынуждал оператора станции наведения ракет переходить с автоматического на ручной режим слежения. При этом командная информация для систем прицеливания вырабатывалась с погрешностями.

В зоне огня ЗРК летчик, как правило, применял маневры уклонения двух видов. Первый заключался в быстром покидании самолетом опасной зоны и отказе от атаки цели с первого захода. Летчик замечал визуально старт ракеты с земли по облаку пыли и дыма около пусковой установки или получал сигнал предупреждения о пуске от бортовой системы оповещения. При успешном выполнении маневра время пребывания самолета в зоне поражения ЗРК было меньше времени полета ракеты до расчетной точки встречи с ним.

Второй маневр - уход от выпущенной ракеты выполнялся без покидания самолетом зоны поражения зенитного ракетного комплекса. В этом случае летчик замечал ракету уже в полете по шлейфу дыма или пламени. Подпустив ракету к себе на дальность 5-7 км, он резко разворачивал машину на встречный курс с последующим пикированием до предельно малой высоты. Наиболее сложным при этом маневре было определение момента его начала. Слишком раннее маневрирование (на дистанции до 15 км) не приводило к срыву наведения - у ракеты хватало рулей для ответного маневра и выбора угла упреждения. Выброс ракеты за границу области возможных атак удавался только в том случае, если самолет начинал маневр на малой дистанции - на рубеже повышенного риска. Несмотря на явную опасность, этот маневр применялся в локальных войнах достаточно широко и был отнесен к типовым.

Для противоракетных маневров требовалось большое воздушное пространство. Поэтому групповых маневров такого типа в практике боевых действий не отмечалось. Свободу перемещения самолета по вертикали и горизонтали на маршруте к цели могли обеспечить только рассредоточенные боевые порядки. При этом усложнялась организация управления и взаимодействия. Кроме того, при полной боевой загрузке самолета исключалось энергичное маневрирование. Приходилось уменьшать количество подвешиваемых средств поражения или увеличивать число самолетов в ударной группе, а следовательно, и количество целей, проходящих через зону поражения средств ПВО. Таким образом, тактика уклонения вторгалась в смежные области боевого применения, и там проявлялись не только ее положительные, но и отрицательные стороны. Уменьшение высоты полета сделало невозможным нанесение массированных ударов. Вынужденное использование мелких групп (пар и звеньев, действующих независимо друг от друга) отрицательно повлияло на плотность налетов. Растянутые по времени удары свели к минимуму преимущества, предоставлявшиеся внезапностью и непрерывностью огневого воздействия по цели. Если атака первой пары (звена) была неожиданной, то появление второй (третьей и т. д.) пары уже не заставало врасплох объектовую ПВО, которая во время передышки готовилась к обстрелу очередной цели.

Как отмечалось выше, использование в боевых действиях усовершенствованной техники, а также тактики маловысотных глубоких рейдов на территорию противника повысило выживаемость тактической авиации. Но одиночные удары не давали необходимых результатов по качеству и количеству пораженных целей и, по мнению американского командования, мало влияли на общие результаты боевых действий. Переход к массированным налетам, непрерывному воздействию на цели был возможен только после возвращения ударных сил авиации на средние высоты, что позволяло свести самолеты в крупные группы. Однако для этого потребовались новые коренные изменения тактики на базе очередного технического переоснащения.

Явное противоречие обозначилось между увеличением боевой нагрузки ударного самолета и необходимостью маневрировать с достаточно большими перегрузками и малыми радиусами разворотов. Выход из положения зарубежные военные специалисты увидели в новом подходе к вопросам индивидуальной защиты истребителей-бомбардировщиков - основной ударной силы тактической авиации. Ставка была сделана на массированное применение средств радиоэлектронной борьбы.

Фактор «нейтрализация». Под «нейтрализацией» подразумеваются мероприятия по защите самолета без применения оборонительного оружия. Прежде всего это радиоэлектронное противодействие, исключающее или затрудняющее пуски по самолетам ракет с радиолокационными головками наведения и прицельную стрельбу ЗА, оборудованной радиолокационными станциями орудийной наводки. Нейтрализация начала проявлять себя как средство пассивной защиты в войне в Корее. ВВС США тогда переоборудовали несколько устаревших бомбардировщиков В-25 в постановщики помех станциям орудийной наводки зенитной артиллерии. В войне во Вьетнаме американским командованием были созданы специальные авиационные подразделения радиовойны «Айронд Хэнд». В круг их задач входило обнаружение стартовых позиций ЗРК с помощью бортовых систем радиотехнической разведки и прикрытие помехами ударных самолетов - носителей противорадиолокационных ракет. После объединения средств обнаружения, нападения и защиты на одном самолете (F-105, затем F-4) в составе тактической авиации появились (и сохраняются до настоящего времени) эскадрильи «Уайлд Уизл».

В дальнейшем средства радиоэлектронного противодействия разрастались количественно и укреплялись качественно. Значительно расширился комплекс проводимых ими мероприятий, получивших в определенной степени наступательный характер. Вследствие произошедших перемен эти мероприятия стали называться радиоэлектронной борьбой (РЭБ). Как отмечал журнал «Авиэйшн уик энд спейс текнолоджи», вьетнамская война устранила все сомнения относительно РЭБ как эффективного средства защиты и оправдала усилия, направлявшиеся на ее развитие.

Опыт локальных войн показал также, что оснащение самолетов средствами РЭБ обязывает разрабатывать способы их боевого применения, вписывающиеся в тактику ударных сил авиации. В одном случае активные помехи надежно обеспечивают маскировку - затрудняют операторам РЛС противника определение координат цели, в другом позволяют пеленговать источник помех, подавлять его радиоэлектронными средствами или задействовать силы для его огневого поражения. В локальных войнах появились и затем нашли свое отражение в боевых уставах три способа радиоэлектронного противодействия: постановка помех специальными самолетами из зон, из смешанного боевого порядка, а также непосредственно ударными самолетами в целях самообороны. Эти способы сохранили свое значение до настоящего времени. Зона дежурства самолета РЭБ располагалась на безопасном расстоянии от средств ПВО противника, обычно над своей территорией. Мощная прицельная помеха засвечивала на экране наземной РЛС противника неширокий сектор, в пределах которого должны были выходить на цели ударные самолеты. Дальность рубежа обнаружения последних зависела от совпадения их маршрута с сектором создаваемой помехи РЛС. Применение данного способа на практике требовало организации четкого взаимодействия двух элементов в общей системе групповой защиты. При его нарушении помехи являлись лишь сигналом, предупреждающим средства ПВО о надвигавшейся угрозе.

Радиоэлектронное оборудование самолетов, прикрывавших из зон помехами истребители-бомбардировщики, постоянно совершенствовалось. Переоборудованный из штурмовика самолет РЭБ ЕА-6 был способен обнаруживать РЛС (сразу после ее включения), определять ее тип (по параметрам излучения), местоположение (пеленгацией из двух точек) и создавать активные помехи на выбранной частоте. Функции радиотехнической разведки и радиоэлектронного противодействия совмещались. Однако большая полетная масса самолета (25 т), ограниченная маневренность и невысокая крейсерская скорость (775 км/ч) не позволяли включать его в боевой порядок ударных тактических самолетов. Кроме того, относительно небольшая мощность передатчиков помех заставляла назначать зоны дежурства в непосредственной близости от района нанесения удара и подвергать самолет РЭБ повышенной угрозе.

Поскольку рубеж эффективной засветки располагался в десятках километров от зоны дежурства самолетов' РЭБ, а истребители-бомбардировщики при нанесении ударов вторгались на сотни километров в воздушное пространство противника, остро встал вопрос о прикрытии (маскировке) боевого порядка на маршруте к цели и обратно. Наиболее простым его решением была постановка пассивных помех. В локальных войнах этот способ применялся постоянно, несмотря на невысокую эффективность. В периоды напряженных боевых действий во Вьетнаме с американских самолетов сбрасывалось в день до 4,5 т дипольных отражателей из стекловолокна. Чаще всего эта задача выполнялась самолетами-доразведчиками в секторе предполагаемого выхода на цель ударных групп с небольшим упреждением по времени. На экранах РЛС противника появлялся неширокий коридор засветки, в пределах которого метку самолета оператору различить было трудно. Однако он определял готовящееся направление удара и нацеливал на него огневые средства ПВО. Отстройка же от пассивных помех довольно надежно обеспечивалась техническими устройствами радиолокаторов ЗРК.

Повысить эффективность нейтрализации удалось путем постановки активных помех, создаваемых средствами индивидуальной защиты. В их состав входили обнаружительные приемники и станции помех. Вместо одной из ракет или топливного бака подвешивался съемный контейнер с аппаратурой РЭБ, которая включалась в работу летчиком. Новая техника незамедлительно вызвала изменения в тактике.

Находившиеся в контейнерах источники активных помех не обладали большой мощностью. Один самолет в звене, имевший контейнер с передатчиком помех, обеспечивал эффективной защитой только два-три других самолета в боевом порядке. В целях наиболее надежной маскировки строй ударной группы сомкнулся, затруднив тем самым выполнение противоракетного и противоистребительного маневров. В результате потери американской авиации остались на прежнем уровне и возник вопрос о создании на каждом самолете встроенной бортовой аппаратуры радиоэлектронной борьбы, которая бы с достаточной эффективностью решала задачу нейтрализации без значительного ущерба его боевым качествам.

Из всех состоящих на вооружении ВВС США тактических самолетов только на истребителе F-15 аппаратура РЭБ установлена внутри фюзеляжа (штурмовики А-7, А-10 и истребитель F-16 несут ее в контейнерах). Применявшаяся во Вьетнаме на самолете ЕА-6 станция ALQ-99 с улучшенными характеристиками была поставлена на борт истребителя-бомбардировщика F-111A и испытывалась в ходе агрессивного налета американской авиации на Ливию в апреле 1986 года.

В трех шестерках самолетов F-111E, взлетевших с аэродромов Великобритании, находилось по одному такому постановщику помех, получившему обозначение EF-111A. Эти самолеты следовали в общем боевом порядке, причем EF-111A были оснащены ракетами «Сайдвиндер» на случай ведения оборонительного воздушного боя. Перед выходом в район объектов удара на удалении 5100 км от аэродромов взлета постановщики помех вышли из боевого порядка и заняли зоны на безопасном удалении от рубежа огня наземных средств ПВО. Ударные самолеты строили заходы на цель через зоны по варианту, отработанному во Вьетнаме. Станция ALQ-99 при полете ударного самолета на малой высоте обеспечивала его эффективное прикрытие на дальности 65 км. При этом мощность помехи в режиме непрерывного излучения превышала 1 кВт.

Исходя из опыта, полученного в ходе локальных войн и вооруженных конфликтов, командование ВВС США проводит работу по совершенствованию организационной структуры и боевой подготовки подразделений РЭБ.

Средства РЭБ ВВС США в Европейской зоне объединены в настоящее время в недавно сформированной 65-й авиационной дивизии. Штаб дивизии планирует их применение в общевойсковых и воздушных операциях. Создана специальная зона полетов для обучения экипажей самолетов EF-111A тактическим приемам «радиоэлектронной войны», осуществлению взаимодействия с ударными силами ВВС и истребителями прикрытия. Входящая в состав дивизии 42-я авиаэскадрилья РЭБ, самолеты которой обеспечивали пиратский налет на Ливию, принимала участие в совместных учениях со 2 и 4 ОТАК, а также с подразделениями 16-й воздушной армии ВВС США в Испании. Отрабатывались три учебные задачи:
- Создание помех наземным РЛС из-за пределов зоны активного противодействия средств ПВО «противника». Проверялся вариант высотного размещения зон дежурства на удалениях 370-740 км от района боевых действий. В выполнении задачи участвовали самолет ДРЛО и управления Е-3А, постановщик помех EF-111A и разведчик TR-1. Система действовала в интересах маскировки «сил глубокого вторжения».
- Осуществление маловысотного ближнего варианта в интересах обеспечения действий авиации при непосредственной поддержке сухопутных войск. В исходном положении самолеты РЭБ находились в зонах на большой высоте вдали от линии боевого соприкосновения. К моменту выхода ударных групп на расчетный рубеж постановщики помех снижались и подходили ближе к переднему краю.
- Сопровождение ударных сил в ходе «глубокого вторжения» на территорию «противника». Самолеты EF-111A действовали совместно с ударными группами на малых высотах и создавали прицельные помехи работе РЛС с высокой разрешающей способностью. На рубеже расхождения в районе цели они энергично набирали высоту на короткое время, соответствующее продолжительности атаки ударной группы с ходу. Истребители-бомбардировщики перед атакой включали бортовые передатчики ответно-импульсных помех с системой высокочастотной задержки ретранслируемых сигналов. При этом рядом с меткой самолета на экранах РЛС ЗРК появлялись ложные цели, которые дезинформировали оператора. Наибольший эффект достигался в случае работы подавляемой РЛС в режиме автоматического сопровождения, когда захватывалась ложная цель. Оператор мог выделить цель на фоне помехи, однако для этого требовалось время, которое на отрезке скоростной атаки было ограничено.

Два последних варианта проверялись в реальных условиях - во время бандитского налета американской авиации на Ливию.

Довольно заметное место в индивидуальной защите самолетов занимало применение противорадиолокационных отражателей (ПРЛО) и ИК ловушек. Американские истребители-бомбардировщики начали оснащаться подвесными контейнерами с патронами, снаряженными ПРЛО и ИК ловушками. Патроны отстреливались летчиком на пикировании и при выходе из него независимо от того, велся обстрел самолета или нет. Зенитная ракета с тепловой головкой самонаведения должна была уводиться на интенсивно излучающую ИК ловушку, а ракета с радиолокационным наведением - на плотное облако дипольных отражателей, образующееся после разрыва патрона.

Зарубежная печать сообщала как об успешных, так и о неудачных исходах использования ИК ловушек и ПРЛО. На основе имеющегося опыта выяснилась целесообразность дальнейшего развития этих средств индивидуальной защиты в направлении создания обнаружительных приемников, фиксирующих момент пуска ракеты маловысотным ЗРК и мгновенно, без участия человека, передающих команду на автоматический отстрел патронов с ПРЛО и ИК ловушками. Пока фирма «Вестингауз» разработала для размещения на стратегических бомбардировщиках В-52 новые РЛС ALQ-153 для защиты задней полусферы. Работая в активном режиме излучения, они позволяют предупреждать экипаж об атаке ракетами с тепловыми ГСП и обеспечивают автоматическое сбрасывание ИК ловушек.

Опыт локальных войн показывает, что сторона, слабо оснащенная современными средствами РЭБ, несет большие потери. В ходе недавнего конфликта в Южной Атлантике аргентинские ВВС за короткое время потеряли 37 самолетов, не имевших средств индивидуальной защиты.

После окончания войны во Вьетнаме американские ВВС получили 5 млн. долларов на работы по созданию электронно-оптических средств защиты самолетов. На тактических разведчиках RF-4C, штурмовиках А-7 и истребителях-бомбардировщиках F-4 было размещено 40 установок, генерирующих некогерентный сигнал для дезориентации ракет с тепловой ГСН. Ламповый источник действовал в области спектра, соответствующего максимальному излучению выходящих газов двигателя самолета. Тепловая ГСН ракеты, двигавшейся к горячей струе выходящих газов, при включении установки переключалась на прием импульсов помех большей величины (по сравнению с собственным излучением самолета) и переходила на отслеживание ложной цели. Недостатком системы были большие размеры контейнера (диаметр 330 мм) и недостаточно высокие результаты по защите самолета. В настоящее время испытания опытных образцов ИК средств защиты за рубежом продолжаются.

Зарубежные военные специалисты подчеркивают, что проблема выживаемости .авиации в воздухе при ведении боевых действий в современных условиях приобретает исключительно важное значение.

Совершенствование технического оснащения и тактики действий ПВО вызывает необходимость проведения соответствующих мероприятий и в авиации, предназначенной для нанесения ударов по противнику. Причем успех в будущем бою будет на стороне того, кто окажется впереди в деле разработки и внедрения новых средств защиты и нападения, а также приемов и способов их применения.

* Начало статьи см.: Зарубежное военное обозрение. - 1989. - № 1. - С. 37--43-г Ред.

Зарубежное военное обозрение №2 С39-44

Категория: 1989 | Добавил: pentagonus (08.10.2009) | Автор: Полковник В. Кириллов
Просмотров: 3848 | Рейтинг: 5.0/1 |
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
© 1998-2017 | Используются технологии uCoz